Последние
премьеры:
 "Тень.Еще одна версия" ГАСТРОЛИ Чеховского клуба "Классика" гимназии 118 г. Ростов н/Д Город без любви ПРЕМЬЕРА! "Ася" Премьера! "Трое на острове"  Премьера! Босиком по парку ПРЕМЬЕРА! Тел.:
8 (86369)

2 - 02 - 40
Новошахтинск
ул. Садовая, 31
  Пресса: НОЧЬ, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕЖИТЬ 

«« Перейти в раздел "Пресса"

 

НОЧЬ, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕЖИТЬ

 

Эскиз спектакля «Ночь Гельвера» по пьесе И.Вилквиста, благодаря гранту Совета по культуре при Президенте России, превращен в полноценное сценическое произведение, над которым, кроме режиссера Кирилла Вытоптова, работали сценограф Нана Абдрашитова и художник по свету Борис Михайлов.

Эскиз тоже производил сильное впечатление, хотя герои истории Карла и Гельвер были помещены в условное пространство, огороженное красно-белой лентой. Тут стул впритык к ленте, небольшой круглый стол, напольные часы с обувной коробкой для двух игрушечных солдатиков, которыми играл Гельвер.

Карла была одета пестро, как-то не очень продуманно, но когда в комнату вбрасывали тюк, обернутый красной в белый горошек тканью (знак угрозы), то нельзя было не заметить, что такой расцветки ее платье.

Вполне лаконичное оформление нынешней, полнокровной, версии всё равно кажется подробным по сравнению с эскизом. Или, точнее сказать, более определенным. Кривые дощатые полы оставляют впечатление чердачного схрона, каких-то жизненных задворок, где притаились люди в ожидании неизбежной беды. Шкаф с хорошо видной надтреснутой тарелкой – деталь этого же быта, этой же гнетущей атмосферы. Совсем не устрашающего вида солдатики прежнего сюжета превратились в омерзительных существ, ползущих прямо на зрителей. Карла сама открывает двери убийцам, то есть это не столько двери, сколько ляда в полу, впускающая тревожные дымы в странное жилище отвергнутых обществом людей.

Внесены коррективы и в психологический рисунок обоих персонажей. Отклонения Гельвера смягчены: никакого намека на патологию, на поражение ума. Он просто ДРУГОЙ, застывший в подростковом возрасте, поэтому вполне естественна его преданность Гильберту: какой же мальчишка не будет восхищаться силой лидера, за которым идут сотни ребят! Гильберт доверил ему флаг – разве не причина для гордости! Он хочет быть похожим на своего кумира, на всех остальных, а он скроен по-другому, но не в силах своей особости понять.

Любопытно, как в окончательном варианте Михаил Сопов играет одну из ключевых сцен: Карла рассказывает ему о потере дочки, «обезьянки», и прежде артист давал своему герою минуту просветления, в нем просыпалось сочувствие трагическому переживанию женщины. А теперь он слушает с любопытством, но без эмоций, ибо он по-иному воспринимает мир. По существу он закрыт для нас; мы можем только догадываться о причинах тех перепадов его настроения, которые требуют от Карлы нечеловеческой выдержки.

Оба они: и Олеся Агрызкова (Карла), и Михаил Сопов – стараются перевести историю стремительно накатывающего фашистского смерча в человеческий план. Обоих связывает несчастье (по существу у каждого – свое!); они друг для друга единственные люди, больше не нужные никому, и эта щемящая нота сопровождает тягостное течение ночи, которую невозможно пережить.

Какая там предвоенная Германия! Это нынешняя история, в которой всё сражаются и сражаются партии, кланы, группировки с теми, у кого иные воззрения, статус, цвет кожи, форма носа… Опыт тысячелетий никак не научит людей радоваться тому, в чем они схожи, а не сатанеть при виде различий. Ну, и пусть различны, если это не грозит ничьей жизни. А то, в чем схожи, – гарантии нормального сосуществования. Про это – «Ночь Гельвера».

Людмила Фрейдлин

театральный критик, журналист, автор книг о Донском театре

 


Отзывы зрителей
Для того, чтобы оставлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.