Последние
премьеры:
Торжественная церемония открытия  III Областного конкурса самостоятельных работ профессиональных артистов "БРАВО" РРО СТД Город без любви ПРЕМЬЕРА!  "Зойкина квартира" Премьера! "Ася" Премьера! "Трое на острове"  Премьера! Босиком по парку ПРЕМЬЕРА! Тел.:
8 (86369)

2 - 02 - 40
Новошахтинск
ул. Садовая, 31
  Пресса: НОЧЬ, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕЖИТЬ 

«« Перейти в раздел "Пресса"

 

НОЧЬ, КОТОРУЮ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕЖИТЬ

 

Эскиз спектакля «Ночь Гельвера» по пьесе И.Вилквиста, благодаря гранту Совета по культуре при Президенте России, превращен в полноценное сценическое произведение, над которым, кроме режиссера Кирилла Вытоптова, работали сценограф Нана Абдрашитова и художник по свету Борис Михайлов.

Эскиз тоже производил сильное впечатление, хотя герои истории Карла и Гельвер были помещены в условное пространство, огороженное красно-белой лентой. Тут стул впритык к ленте, небольшой круглый стол, напольные часы с обувной коробкой для двух игрушечных солдатиков, которыми играл Гельвер.

Карла была одета пестро, как-то не очень продуманно, но когда в комнату вбрасывали тюк, обернутый красной в белый горошек тканью (знак угрозы), то нельзя было не заметить, что такой расцветки ее платье.

Вполне лаконичное оформление нынешней, полнокровной, версии всё равно кажется подробным по сравнению с эскизом. Или, точнее сказать, более определенным. Кривые дощатые полы оставляют впечатление чердачного схрона, каких-то жизненных задворок, где притаились люди в ожидании неизбежной беды. Шкаф с хорошо видной надтреснутой тарелкой – деталь этого же быта, этой же гнетущей атмосферы. Совсем не устрашающего вида солдатики прежнего сюжета превратились в омерзительных существ, ползущих прямо на зрителей. Карла сама открывает двери убийцам, то есть это не столько двери, сколько ляда в полу, впускающая тревожные дымы в странное жилище отвергнутых обществом людей.

Внесены коррективы и в психологический рисунок обоих персонажей. Отклонения Гельвера смягчены: никакого намека на патологию, на поражение ума. Он просто ДРУГОЙ, застывший в подростковом возрасте, поэтому вполне естественна его преданность Гильберту: какой же мальчишка не будет восхищаться силой лидера, за которым идут сотни ребят! Гильберт доверил ему флаг – разве не причина для гордости! Он хочет быть похожим на своего кумира, на всех остальных, а он скроен по-другому, но не в силах своей особости понять.

Любопытно, как в окончательном варианте Михаил Сопов играет одну из ключевых сцен: Карла рассказывает ему о потере дочки, «обезьянки», и прежде артист давал своему герою минуту просветления, в нем просыпалось сочувствие трагическому переживанию женщины. А теперь он слушает с любопытством, но без эмоций, ибо он по-иному воспринимает мир. По существу он закрыт для нас; мы можем только догадываться о причинах тех перепадов его настроения, которые требуют от Карлы нечеловеческой выдержки.

Оба они: и Олеся Агрызкова (Карла), и Михаил Сопов – стараются перевести историю стремительно накатывающего фашистского смерча в человеческий план. Обоих связывает несчастье (по существу у каждого – свое!); они друг для друга единственные люди, больше не нужные никому, и эта щемящая нота сопровождает тягостное течение ночи, которую невозможно пережить.

Какая там предвоенная Германия! Это нынешняя история, в которой всё сражаются и сражаются партии, кланы, группировки с теми, у кого иные воззрения, статус, цвет кожи, форма носа… Опыт тысячелетий никак не научит людей радоваться тому, в чем они схожи, а не сатанеть при виде различий. Ну, и пусть различны, если это не грозит ничьей жизни. А то, в чем схожи, – гарантии нормального сосуществования. Про это – «Ночь Гельвера».

Людмила Фрейдлин

театральный критик, журналист, автор книг о Донском театре

 


Отзывы зрителей
Для того, чтобы оставлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.